Я озвучивал тех, чьи старанья остались за кадром
У эпохи моей, что под клюквой раскинула кущи,
У которой теперь барабаном расплющило уши...
Александр Мирзаян
Посвящение Иосифу Бродскому
Нет, не Музы счастливый избранник и с нею не числился в браке -
Не пером, а кайлом извлекал то, что спрятано было в бумаге,
И русалочьих грез из чернил не вытягивал леской,
Да и дул не в свирель, а в рулон водосточной железки.
И в разлуке с тобой, и в разлуке с тобой, и в тревоге, -
Из какой темноты я вытягивал за руку строки!
Но срывались они, ускользали на горестном крике, -
Те ж, что выдал наверх, потеряли черты Эвридики...
Я б не трогал слова - просто мне не хватило таланта.
Посмотри, этот мир уместился в руках музыканта, -
Но, похоже, теперь даже с ними не много поправишь,
Что псалом из груди, что бином извлекая из клавиш.
Даже если дадут, даже если окажешься правым, -
Всем стараньям твоим не уйти за четыре октавы,
Хоть порою сквозь них, озаряя наш сумрак свечами,
Кто-то смотрит сюда - одинокий, высокий, печальный...
Нет, я думать не смел на такую загадывать карту -
Я озвучивал тех, чьи старанья остались за кадром
У эпохи моей, что под клюквой раскинула кущи,
У которой теперь барабаном расплющило уши.
Что ей слух повернет - то ль беда, то ли новая сказка?
Но не пой, не тянись за ансамблями песни и пляски.
Только здешнюю боль не сменяй на пустую свободу
И найди, сохрани этой жизни щемящую ноту.
Грянет в небе она, на глаголице эхом отвечу...
Этот птичий язык так повязан с родимою речью,
Что гусиным пером не сверни соловьиной основы
И в жемчужном зерне не открой петушиногоо слова.
Где вы, песни без слов? Мне до вас и не вытянуть шею.
Я не то что молчать - я еще говорить не умею.
Вот и горькую весть как помножить на длинные струны,
Коль у здешних Камен что ни вещи уста, то безумны?
Не зегзица в окне, а кукушка дежурная свистнет,
И с чугунных оград разлетятся чугунные листья.
И сухие столбы по безвременью время погонит,
И хозяйка Горы в ледяные ударит ладони.
Сводный хор домовых грянет в спину тебе от порога,
И родимых болот светляки обозначат дорогу, -
И большая река заспешит, заструится вдогонку,
Чтоб молчанье твое записать на широкую пленку...
Оглянись, посмотри - ничего за собой не оставил...
Исключенья твои - это формулы будущих правил.
Только та тишина, что бумажною дудкой построил,
Наконец обовьет твою тень виноградной лозою...
Где надежды рука? Кто вину мне подаст во спасенье?
Слышишь - в роще ночной поднимается детское пенье,
И встают высоко, возвращая остывшую нежность,
Золотая листва, и звезда, и пустая скворешня...
У эпохи моей, что под клюквой раскинула кущи,
У которой теперь барабаном расплющило уши...
Александр Мирзаян
Посвящение Иосифу Бродскому
Нет, не Музы счастливый избранник и с нею не числился в браке -
Не пером, а кайлом извлекал то, что спрятано было в бумаге,
И русалочьих грез из чернил не вытягивал леской,
Да и дул не в свирель, а в рулон водосточной железки.
И в разлуке с тобой, и в разлуке с тобой, и в тревоге, -
Из какой темноты я вытягивал за руку строки!
Но срывались они, ускользали на горестном крике, -
Те ж, что выдал наверх, потеряли черты Эвридики...
Я б не трогал слова - просто мне не хватило таланта.
Посмотри, этот мир уместился в руках музыканта, -
Но, похоже, теперь даже с ними не много поправишь,
Что псалом из груди, что бином извлекая из клавиш.
Даже если дадут, даже если окажешься правым, -
Всем стараньям твоим не уйти за четыре октавы,
Хоть порою сквозь них, озаряя наш сумрак свечами,
Кто-то смотрит сюда - одинокий, высокий, печальный...
Нет, я думать не смел на такую загадывать карту -
Я озвучивал тех, чьи старанья остались за кадром
У эпохи моей, что под клюквой раскинула кущи,
У которой теперь барабаном расплющило уши.
Что ей слух повернет - то ль беда, то ли новая сказка?
Но не пой, не тянись за ансамблями песни и пляски.
Только здешнюю боль не сменяй на пустую свободу
И найди, сохрани этой жизни щемящую ноту.
Грянет в небе она, на глаголице эхом отвечу...
Этот птичий язык так повязан с родимою речью,
Что гусиным пером не сверни соловьиной основы
И в жемчужном зерне не открой петушиногоо слова.
Где вы, песни без слов? Мне до вас и не вытянуть шею.
Я не то что молчать - я еще говорить не умею.
Вот и горькую весть как помножить на длинные струны,
Коль у здешних Камен что ни вещи уста, то безумны?
Не зегзица в окне, а кукушка дежурная свистнет,
И с чугунных оград разлетятся чугунные листья.
И сухие столбы по безвременью время погонит,
И хозяйка Горы в ледяные ударит ладони.
Сводный хор домовых грянет в спину тебе от порога,
И родимых болот светляки обозначат дорогу, -
И большая река заспешит, заструится вдогонку,
Чтоб молчанье твое записать на широкую пленку...
Оглянись, посмотри - ничего за собой не оставил...
Исключенья твои - это формулы будущих правил.
Только та тишина, что бумажною дудкой построил,
Наконец обовьет твою тень виноградной лозою...
Где надежды рука? Кто вину мне подаст во спасенье?
Слышишь - в роще ночной поднимается детское пенье,
И встают высоко, возвращая остывшую нежность,
Золотая листва, и звезда, и пустая скворешня...
...ÐеÑ, Ñ Ð´ÑмаÑÑ Ð½Ðµ Ñмел на ÑакÑÑ
Date: 2015-05-03 01:45 pm (UTC)no subject
Date: 2015-05-03 04:05 pm (UTC)no subject
Date: 2015-05-03 07:58 pm (UTC)Ñ
Date: 2015-05-05 11:40 am (UTC)Re: Ñ
Date: 2015-05-05 11:52 am (UTC)ÑпаÑибо, иÑпÑавил.
Так надо пиÑаÑÑ Ð¸ пеÑÑ!
Date: 2015-05-06 07:09 am (UTC)2.
"Ðе зегзиÑа в окне"?
СиниÑа?
Re: Так надо пиÑаÑÑ Ð¸ пеÑÑ!
Date: 2015-05-06 08:05 pm (UTC)Ð Ð²Ð¾Ñ "кÑкÑÑка дежÑÑнаÑ" - ÑÑо вовÑе не пÑиÑа, а маневÑовÑй паÑовоз, в поÑлевоеннÑе Ð³Ð¾Ð´Ñ (и до ÑеÑÑидеÑÑÑÑÑ ) они возили в глÑбинке маленÑкие ÑоÑÑÐ°Ð²Ñ - два-ÑеÑÑÑе вагона, паÑÑажиÑÑкие ÑейÑÑ - вмеÑÑо ÑлекÑÑиÑек. ÐÑ ÑвиÑÑки бÑли как бÑдилÑники по ÑÑÑам, во вÑÐµÑ ÑайÑенÑÑÐ°Ñ .
Re: Так надо писать и петь!
Date: 2015-05-07 05:24 am (UTC)Точно!
no subject
Date: 2015-05-13 08:09 pm (UTC)no subject
Date: 2015-05-30 01:08 pm (UTC)По вопросу -- да, конечно.
Всё, что я публикую у себя - открыто для чтения всем.
Соответственно - открыто и для репостов.